|
Когда мы с мужем были молодыми, у нас был автомобиль "Москвич-412". В советское время купить машину было очень трудно. Мой отец был записан в очереди на "Запорожец" и стоял в ней уже 12 лет, когда нам позвонили и предложили купить прямо сейчас "Москвич". Деньгами нам помогли те и другие родители, и наконец-то мы машину купили. Мы вместе закончили водительские курсы, получили права и стали с удовольствием ездить куда хотели. Путешествовали по Карельскому перешейку, по его озёрам и городам. Проехали по разным городам Прибалтики, в том числе по таким маленьким, где люди по-русски говорили очень плохо. Однако, в то время к нам везде относились доброжелательно и всегда пытались помочь и объяснить. Однажды мы даже ездили на машине вместе с ребёнком в отпуск на Азовское море.
Как то раз летом мы подъезжали к посёлку Рощино. Дорога была почти пустая, но впереди медленно ехал "Москвич-408". За рулём был мой муж, ехал со скоростью 90 км. в час. Он стал обгонять идущую впереди машину, свернул на встречную полосу и после завершения обгона начал уходить обратно в правый ряд. Неожиданно нашу машину повело в сторону, закрутило и вынесло на встречную полосу, потом на обочину, рядом с которой был очень глубокий кювет. Последнее, что я помню, это сознание того, что сейчас мы перевернёмся. Машина перевернулась несколько раз и остановилась в положении вверх ногами, то есть на крыше. Этого процесса мы совсем не чувствовали и не помним. Когда я вновь себя осознала, то поняла, что вишу на ремне безопасности вниз головой. Также поняла, что жива. Но стояла такая тишина, что я не знала, жив ли мой муж. Я очень громко его окликнула, и он отозвался. Тут уже отлегло. Стали думать, как выбираться. И вот тут началось всё то, благодаря чему я вспоминаю этот день, как самый счастливый в моей жизни.
Вокруг нашей машины собрались другие водители. Они пытались открыть двери и вытащить нас. Это не удалось, т.к. двери погнуло и заклинило. В результате нам удалось вылезти через окна. Когда я оказалась на улице, то все заметили, что из моего лба сильно течёт кровь. Какая-то женщина с аптечкой в руках пыталась достать бинт, но не могла, т.к. руки у неё дрожали. Окружающие люди были очень растеряны и взволнованы, боялись, что я сейчас потеряю сознание. Каждый принимал участие и хотел помочь. Как ни странно, после того, как я убедилась, что мы с мужем оба живы и стоим на своих ногах, сознание моё работало чётко. Я руководила действиями многочисленных помощников, и в результате голову мою удалось забинтовать.
Наша машина лежала в таком состоянии, что, казалось, восстановлению не подлежит. Один мужчина предложил отвезти меня на своей машине в больницу, несмотря на то, что моя одежда вся была в крови и в земле. Только мы с мужем сели в его машину, кто-то увидел, что навстречу едет машина скорой помощи. Скорую остановили и пересадили нас туда. Скорая развернулась в обратном направлении и повезла нас. В посёлке Рощино мы высадили мужа, чтобы он пошёл в местное отделение ГАИ, а меня повезли дальше в посёлок Первомайское на хирургическое отделение.
В больнице в Первомайском мне делали какие-то пробы, уколы. Потом накладывали швы на рассечённый лоб. В то время никто не спрашивал у меня страхового полиса, такого понятия тогда не было, мне просто оказывали необходимую помощь. Каково же было моё удивление, когда через некоторое время открылась дверь и появились двое моих двоюродных братьев: Серёжа и Павлуша (светлая ему память). Муж из ГАИ сообщил им о случившемся, и они приехали на Серёжиной машине. Павлуша взял у меня мою грязную, всю в земле сумку и пошёл её мыть. Врач сказал моим братьям, что необходимо сделать энцефалограмму. Но это был воскресный день, и на работе не было нужного специалиста. Врач дал адрес, и мои братья поехали за ней домой. Женщина всё бросила дома и немедленно приехала. Результаты энцефалограммы оказались хорошие, и меня отпустили из больницы.
В это время мой муж сидел в ГАИ, где молодой инспектор долго и нудно составлял протокол дорожного происшествия. В протоколе он указал, что меня увезли в больницу. Когда мы с братьями приехали в ГАИ, к нам вышел инспектор более старшего возраста, убедился, что я жива, спросил о самочувствии. Затем он велел молодому переписать протокол и не указывать лишнего, иначе водителя ожидает более суровое наказание. В результате последующее наказание свелось только к штрафу, который нужно было уплатить в Выборге.
Нашу перевёрнутую автомашину без всякого нашего участия достали с помощью крана из кювета, погрузили на эвакуатор и привезли к этому отделению ГАИ. Сотрудники ГАИ обнаружили на том месте дороги, где произошла авария, масляное пятно. Видимо, оно и послужило причиной дорожно-транспортного происшествия или ДТП. Когда машину поставили на колёса, она оказалась не совсем сплюснутая, а только разбитая и помятая. Двигатель, как ни странно, запустился, так что через несколько дней муж доставил её в город своим малым ходом. Потом машину мы отремонтировали и продали, так как решили, что больше никогда не сядем за руль.
С тех пор прошло много лет, но я вспоминаю этот день как самый счастливый в своей жизни. И причин для этого много:
Когда нашу машину начало крутить на дороге, к счастью не было встречных машин.
Когда нашу машину бросило на обочину, к счастью мы проскочили между телеграфными столбами.
Когда машина переворачивалась в кювете, к счастью мы были пристёгнуты ремнями безопасности.
К счастью мы ничего серьёзно не повредили, только мой лоб и по одному плечу у каждого.
Водители других машин приняли живое участие, оказали большое внимание, не считаясь со своим временем.
Медицинские работники, работники ГАИ проявили лучшие человеческие качества, выполнили всё необходимое совершенно бесплатно, не было даже никаких намёков на взятки или что-то подобное.
Мои братья проявили такую заботу и внимание, что до сих пор счастье вспоминать об этом.
Лариса Викторовна Выскубова
|
